Подбитый Танки Меркава Ливан 1982

Танковые сражения в ходе агрессии Израиля в Южном Ливане летом 1982 года.

6 июня 1982 года началась пятая арабо-израильская война. В ходе операции «Мир для Галилеи» израильская армия, поддерживаемая мощными ударами с воздуха, вторглась в Южный Ливан и начала продвижение в направлении Бейрута, громя лагеря Организации освобождения Палестины, которую поддерживала Сирия.

Первые два дня боев израильтянам противостояли лишь палестинские бригады «Айн Джалут», «Хатын» и «Эль Кадиссия», вооруженные устаревшим советским оружием (в частности,танками Т-34 и Т-54). Главные силы сирийской группировки в Ливане — три дивизии в первом эшелоне и две во втором — к началу израильского наступления находились в запасных районах. В полосе обороны остались лишь силы прикрытия, а также ложные цели — надувные, закамуфлированные под цвет местности «танки», «орудия» и «зенитные ракетные установки», покрытые металлизированной краской и снабженные термоизлучателями, имитирующими работу двигателей.

Подбитый Танки Меркава Ливан 1982

Поэтому первый авиационно-артиллерийский удар израильтян перед форсированием реки Захрани пришелся, практически, по пустому месту.
И вот тут мы подошли к самой интересной теме, которая звучит так: Кто же победил в противостоянии танков в той битве?
И тут интересен факт применения в процессе ее боев танков Т-72 сирийцами и «Меркава» Mk1 израильтянами. Интересен потому, что, во-первых, эти машины пошли в бой впервые, а во-вторых, потому, что надо же в конце концов выяснить кто кого. Далее описывая бои, мы все же будем следовать заданному интересу в вопросе кто кого. А пока в качестве отступления рассмотрим взгляд Израильтян и их союзников.
Изралитяне.  

Шестая Арабо-израильская война 1982

По поводу последнего обстоятельства в зарубежных и отечественных источниках встречаются самые противоречивые мнения. Так, например, известный американский историк Стивен Залога в своей книге «T-72 Main Battle Tank 1974-1993» сообщает следующее: «Впервые Т-72 использовался в бою в 1982 году во время вторжения Израиля в Ливан. Сирийская армия располагала примерно 250 машинами Т-72 и Т-72М. Сирийская 82-я танковая бригада, оснащенная в основном танками Т-72, действовала на территории Ливана.

По утверждению сирийцев, рота 82-й бригады атаковала колонну израильской бронетехники и сумела поджечь 21 машину, заставив колонну отступить. Командир роты рассказывал позднее, что сирийские танкисты хвалили броню своих Т-72 за способность противостоять огню 105-мм пушек. Затем 82-я танковая бригада пыталась прорваться на выручку окруженной 1-й танковой дивизии. Однако попала в засаду, устроенную израильскими танками «Меркава» и истребителями танков М113 Nagmash, вооруженными ракетами «Тоу». Потери сирийцев в этом бою точно неизвестны, но сообщается о 19 танках, подбитых «Меркавами», и 11 танках, подбитых ракетами «Тоу». Танки «Меркава», вооруженные 105-мм пушками, могли успешно поражать Т-72 с помощью новых подкалиберных снарядов М111. То же можно сказать и о ракетах «Тоу».

После войны израильтяне заявили о том, что им удалось захватить восемь танков Т-72, из которых два сирийцы бросили, даже не заглушив двигателей. Спустя несколько дней эта информация была официально опровергнута, хотя и кажется правдивой».

Мнение с другой стороны.

В статье В. Ильина и М. Никольского «Ливан-82. Победил ли Израиль в этой войне?», опубликованной в № 1 журнала «Техника и оружие» за 1997 год, дано следующее описание боевых действий.

Syrian Army column 1982

Главное танковое сражение развернулось утром 9 июня: за ночь сирийские войска выдвинулись из запасных районов и заняли заранее оборудованные оборонительные полосы. С рассветом четыре дивизии израильтян на фронте шириной более 100 км — от побережья Средиземного моря до горных районов Гармон — двинулись на противника. С обеих сторон в сражении участвовало около трех тысяч танков и боевых машин пехоты. Бой продолжался весь день и не принес ни одному из противников явного успеха. В ночь с 9 на 10 июня сирийцы провели мощный артиллерийский контрудар по передовым позициям противника, а с рассветом сирийский огненный вал обрушился по второму эшелону израильтян. 10 июня их наступление, практически, выдохлось по всему фронту.

Карта боевых действий в долине Бекаа — синим обозначены израильские силы, красным — сирийские. Обозначения сплошными линиями относятся к событиям 10-го июня, пунктирными — к событиям 11-го июня

В ходе этих боев сирийские сухопутные войска уничтожили более 160 израильских танков. Значительный вклад в достижение успеха в боях 9-10 июня внесли танки Т-72, лишь недавно поступившие на вооружение сирийской армии. Им противостояли модернизированные танки М60А1 (часть которых была оснащена реактивной навесной броней «Блейзер» израильского производства), а так же новейшие израильские машины «Меркава» Мк.1 (к началу боевых действий Израиль располагал 300 танками этого типа).

Как правило, танковые сражения начинались на дальностях 1500-2000 м и заканчивались на рубеже сближения до 1000 м. По утверждению главного военного советника при министерстве обороны Сирии генерала Г. П. Яшкина, лично принимавшего участие в руководстве боевыми действиями в Ливане, танки Т-72 показали свое полное превосходство над бронетанковой техникой противника. Сказалась большая подвижность, лучшая защищенность и высокая огневая мощь этих машин. Так, после боя в лобовых листах некоторых «семьдесятдвоек» насчитали до 10 вмятин от «болванок» противника, тем не менее танки сохраняли боеспособность и не выходили из боя. В то же время 125-мм снаряды Т-72 уверено поражали неприятельские машины в лоб на дальности до 1500 метров. Так, по словам одного из очевидцев — советского офицера, находящегося в боевых порядках сирийских войск — после попадания снаряда пушки Д-81ТМ с дистанции приблизительно 1200 м в танк «Меркава» башня последнего была сорвана с погона.

На 11 июня сирийцы готовили мощное контрнаступление, спланированное при помощи советских военных специалистов. Однако удар, нанесенный израильской авиацией по войсковой системе ПВО сирийцев в Ливане, а также политическое давление США заставили правительство и военное командование Сирии отказаться от контрнаступления. Этим незамедлили воспользоваться израильтяне, нанесшие массированный воздушный удар по сирийским дивизиям, опрометчиво оставшихся на месте в районах сосредоточения. 
В результате сирийская армия понесла тяжелые потери. Одновременно возобновились бои по всему фронту: израильтяне предприняли «психическую» атаку, стремясь овладеть важнейшей стратегической коммуникацией — шоссе Бейрут-Дамаск. Однако это наступление было отражено с большими потерями с израильской стороны. Вновь отличились сирийские Т-72 из состава 3-й танковой дивизии. Ее командующий, бригадный генерал Ф. Шафик, по собственной инициативе выдвинул свое соединение из второго эшелона и нанес мощный контрудар в направление города Адан. В результате 210-я танковая дивизия противника была отброшена от шоссе на 18-20 км и фактически разгромлена. В тяжелое положение попали и соседние дивизии. 
Израильский фронт оказался перед угрозой развала, но 11 июня в 12 часов боевые действия были преостановлены: американские эмиссары Шульц и Хабиб, прибывшие в Дамаск, убедили сирийское руководство прекратить контрнаступление, гарантировав, что Израиль в 10-дневный срок выведет войска из Ливана и вступит в переговоры с Сирией.Однако мир в Галилее так и не наступил. 

Боевые действия возобновились 18 июля, когда израильтяне вновь предприняли попытку крупномасштабного наступления. Бои носили крайне ожесточенный характер. Лишь 21-я бригада 3-й танковой дивизии сирийцев в боях на подступах к Дамасскому плато уничтожила 59 бронированных машин противника. На этот раз, кроме танков Т-72, отлично зарекомендовали себя мобильные противотанковые ракетные комплексы «Фагот», которыми были вооружены срочно созданные подвижные противотанковые взводы танковых бригад сирийской армии. Из СССР по воздуху было переброшено 120 ПТРК (с боекомплектом по шесть ракет на каждый). Уже в Сирии комплексы смонтировали на автомобилях типа «Джип». За несколько дней боев они сожгли более 150 танков противника (досталось от «Фаготов» и «Меркавам»).
По отзывам сирийских танкистов, в боях 1982 года танки Т-72 показали высокую эффективность. Даже по оценке израильских специалистов, они оказались малоуязвимыми как от танкового, так и от авиационного оружия (в отличие от Т-55 и Т-62, сравнительно легко поражавшихся ударами с воздуха). Так, появившиеся в западной печати непосредственно после боев утверждения о том, что израильские сухопутные войска уничтожили несколько Т-72, были практически опровергнуты высокопоставленными представителями ВВС Израиля. Лобовая броня «семьдесятдвоек» оказалась не по зуба и наиболее мощному западному противотанковому ракетному комплексу TOW.

По утверждениям представителей сирийского командования, в боях лета 1982 года не был потерян ни один танк Т-72.

Хорошо зарекомендовал себя и израильский танк «Меркава» Мк.1, обеспечивающий отличную защиту для экипажа. Об этом свидетельствуют, в частности, воспоминания одного из участников боев, находившегося в составе сирийской армии. По его словам, батальон сирийских Т-72, совершая ночной марш, неожиданно «выскочил» на подразделение «Меркав», ждавшее прибытия топливозаправщиков. 
Завязался ожесточенный ночной бой на короткой дистанции. Сирийские танки, развившие высокий темп огня, быстро расстреливали свой боекомплект в барабанах автоматизированных боеукладок. Однако, к досаде сирийских танкистов, результатов их стрельбы не было видно: танки противника не горели и не взрывались. Решив больше не искушать судьбу, сирийцы, практически не понесшие потерь, отступили. 
Через некоторое время они выслали разведку, которая обнаружила поистине удивительную картину: на поле боя чернело большое число неприятельских танков, брошенных экипажами. Несмотря на зияющие в бортах и башнях пробоины, ни одна «Меркава» действительно не загорелась: сказалась совершенная быстродействующая система автоматического пожаротушения с ИК-датчиками и огнетушащим составом «Талон 1301», а также отличная защита боеукладки, размещенной в задней части боевого отделения с разнесенным бронированием.


Критический подход к советской версии.

Эти два взгляда на одни и те же события можно считать типичными. Западные источники взахлеб твердят о десятках подбитых Т-72, наши с неменьшим усердием — об уничтоженных «Меркавах». При внимательном же изучении описаний боевых эпизодов, возникает множество вопросов и как следствие недоверия.
В самом деле, в приведенных отрывках столько ошибок, неточностей и противоречий, что невольно начинаешь сомневаться в их достоверности. Так, например, по состоянию на июнь 1982 года из сирийских частей, находившихся в Ливане, машины Т-72 имела только 81-я танковая бригада 3-й танковой дивизии. 81-я, а не 82-я! Бригады с номером «82» в сирийской армии вообще не существовало! Как не было танков Т-72 в двух других бригадах 3-й дивизии — 47-й танковой и 21-й механизированной, а также и во всей 1-й танковой дивизии. Кроме того, в Ливане нет города Адана, в направлении которого якобы наносила «инициативный» удар 3-я сирийская танковая дивизия. Причем наносила по несуществующей 210-й израильской дивизии. Несуществующей потому, что дивизия под таким номером в Ливанской войне не участвовала, если к тому времени вообще имелась в Армии обороны Израиля.

Карта боя, цифрами обозначены:
1 — Колонна Т-72;
2 — Позиции роты «Румына»;
3, 4 — Другие роты батальона (командир батальона подполковник Ханегби находился на позиции 4);
5 — Утренняя вылазка отряда из роты «Румына».

На фоне всех этих неточностей особенно впечатляюще выглядят «воспоминания одного из участников боев» о батальоне Т-72, который ночью «выскочил» на подразделение «Меркав». Особенно удивляет, что «участник боев» не указывает, что это было за подразделение (батальон, рота, а может быть, взвод?) и где на него Т-72 «выскочили». Не указывает «участник боев» и количество подбитых вражеских танков, несмотря на то, что, по его же словам, разведка впоследствии обследовала поле боя, можно сказать, утыканное чернеющими танками израильтян. 
В связи с этим интересно узнать: а с чего это они чернели? Сгорели? Но нет, ведь «участник боев» утверждает как раз обратное — несмотря на «зияющие в бортах и башнях пробоины, «Меркавы» не загорались»! Само по себе это довольно странно — какой бы совершенной ни была система ППО, она срабатывает один раз. Это значит, что от повторных попаданий танк вполне может загореться. Удивительно и другое: «разведчики» утверждают, что «Меркавы» были брошены экипажами. 

Колонна танков «Меркава» Мк1 в Ливане, июнь 1982 г.


Получается, что экипажи не пострадали! Странно как-то. От описанного анонимным «участником» чудовищного обстрела должна была погибнуть уйма израильских танкистов. А такие потери скрыть невозможно, особенно в Израиле, где каждый человек на счету. Сопоставляя все эти несуразности, невольно начинаешь сомневаться в достоверности таких «воспоминаний». Впрочем, о чем-то подобном пишет и С. Залога, правда, он упоминает о «колонне бронетехники», разбитой сирийцами, и о 21 сожженной машине. Однако «подразделение «Меркав» и «колонна бронетехники» — это не одно и то же.

СКОЛЬКО ПОДБИЛИ?

Однако главный вопрос остается открытым: были ли в Ливане подбиты Т-72 и если да, то сколько? Диапазон оценок весьма велик: от 30 танков у Залоги до полного отсутствия потерь у Ильина и Никольского. Кто же прав? Попробуем разобраться.

Все источники, и отечественные, и зарубежные, в том числе и израильские, сходятся в том, что машины Т-72 во время Ливанской войны имелись только в 3-й сирийской танковой дивизии, заменившей остатки 1-й танковой дивизии на подступах к шоссе Бейрут — Дамаск в ночь с 10 на 11 июня. Большая часть сил 1-й танковой дивизии к этому времени была окружена в южной части долины Бекаа. Таким образом, можно утверждать, что Т-72 принимали участие в боях только начиная с 11 июня 1982 года. Если принять за отправную точку время 0.00 11 июня, то воевали они в ходе Ливанской войны лишь 12 часов, так как в 12.00 11 июня было объявлено перемирие. Вскоре, правда, бои возобновились, но центр военных действий сместился к Бейруту и его окрестностям, где ни сирийские войска, ни тем более палестинские силы танков Т-72 не имели. Более того, после объявления перемирия 3-я сирийская танковая дивизия покинула Ливан.

M60A1 and T-55

Так с кем же успели повоевать «семьдесятдвойки» за 12 часов. Ни о каком участии в контрударе не может идти речи, так как не было и самого контрудара. Сирийское командование ставило перед собой более скромные задачи. На 11 июня сирийцы имели в долине Бекаа две танковые дивизии и несколько батальонов коммандос. Одна из двух танковых дивизий (1-я) уже лишилась почти всей своей техники и была фактически небоеспособна. Уже с 9 июня, уничтожив систему сирийской ПВО в долине Бекаа, израильские ВВС обеспечили себе преимущество в воздухе. Наступать из долины на господствующие высоты двумя дивизиями против четырех израильских практически без поддержки самолетами и зенитного прикрытия для сирийцев самоубийственно. Поэтому перед войсками была поставлена задача не дать израильским соединениям выйти на шоссе Бейрут — Дамаск к моменту прекращения огня в 12.00 11 июня.

Исходя из мест расположения противоборствующих сторон на утро 11 июня, можно с уверенностью утверждать, что единственным соединением Армии обороны Израиля, которое столкнулось с 81-й сирийской танковой бригадой, являлась сводная дивизия «Коах Йоси». Это соединение было создано в ночь с 9 на 10 июня для истребления сирийских танков в долине Бекаа и имело ярко выраженную противотанковую направленность. Оно состояло из сводной танковой бригады (два батальона танков «Шот-Каль» — 50 единиц) и двух противотанковых бригад: резервных 409 и 551-й парашютно-десантных. Кроме того, этой дивизии были подчинены и все боевые вертолеты с ПТУР, выделенные ВВС для поддержки корпуса Бен-Галя.

Таким образом, сирийским Т-72, продвигавшимся по горному массиву Джабель Барук, пришлось столкнуться с подразделениями, более подготовленными для борьбы с ними. Далее имеет смысл обратиться к свидетельству реального участника событий, на тот момент старшего сержанта и командира джипа М151 с пусковой установкой ПТУР «Тоу» из 409-й парашютно-десантной бригады. Его воспоминания помещены на сайте www.waronline.org:

«Утром 11 июня наш батальон находился в нескольких километрах севернее деревни Амик у подножия Джабель Барук на северо-западе долины Бекаа, на дороге, ведущей на север. Мы расположились непосредственно у дороги (с северо-востока) и в находящемся к югу болоте. Техника нашей роты (джипы с ракетами ТОW) занимала подготовленные позиции в болоте, также развернутые на северо-восток. В нашем районе находился также взвод танков «Шот», не принимавших участия в бою. В тот день не было особой активности. В 10 утра небольшой отряд из нашей роты выдвинулся на восток к группе сирийских танков (видимо, Т-62), стоящих на месте, выстрелил, попал в два из них и вернулся обратно в район болота без потерь.

Около 12 дня (когда должно было начаться перемирие) части батальона, находившиеся выше нас, то есть на склонах Джабель Барук, и с ними комбат, подполковник Ханегби, заметили колонну танков, приближающуюся к нам, и приготовились, разделив сектора обстрела. Но, видимо, все переговоры по рации велись на ротной частоте и не дошли до других рот. Наша рота совершенно неожиданно услышала на батальонной частоте приказ комбата: «Всем Самцам, говорит Главный Самец, столкновение с фронта, огонь!». Мы в спешке поднялись на огневые позиции и увидели колонну танков (только потом, спустя несколько часов, мы узнали, что это были Т-72), идущую по дороге — в этом месте дорога делала резкий изгиб, и с наших позиций колонна выглядела, как гигантская Г.

Первый танк находился где-то в 800 метрах от нас, сирийцы были совершенно открыты и не подозревали о нашем присутствии. Мы немедленно открыли огонь по всему, что видели, — наводчики даже не дожидались окончания приказа на открытие огня, а выпустили ракеты уже при первых словах приказа. Те, кто находился на склоне горы, действовали более упорядоченно. Огневой удар был очень мощен, сильнее, чем что-либо из виденного мною раньше, десятки пусковых труб выплевывали огонь в направлении всего, что двигалось. Было несколько промахов, по-видимому, из-за волнения наводчиков и плохого наведения пусковых установок, но большинство ракет попало в цель.

Передние сирийские танки были поражены множеством ракет и сразу загорелись, причем больше всего попало в первый танк колонны. Вопреки нашим предвоенным опасениям обычные (неусовершенствованные) TOW без проблем пробивали броню этих танков в лоб и тем более в борт, а поскольку ракеты были выпущены тремя подразделениями, развернутыми по фронту длиной около километра, каждый танк был с высокой вероятностью поражен с нескольких направлений. Кроме того, на склоне, над поворотом дороги, мы заметили несколько вкопанных старых танков — эти танки не приняли участия в бою и, возможно, были вообще без экипажей, но мы также поразили их ракетами, на всякий случай. Уцелевшие сирийские танкисты очень умело и слаженно включили задымление, и этот дым вместе с дымом от горящих танков закрыл от нас колонну, так что стало трудно находить цели.

Сирийцы также открыли огонь из орудий и пулеметов во все стороны, так как не знали, где мы находимся. Мы могли видеть только первый танк: он взорвался, выпустив огромный гриб дыма, и башня взлетела в воздух на 30 метров (видимо, сдетонировал боекомплект). Этот танк продолжал гореть несколько часов, боеприпасы продолжали детонировать, и, по-моему, от этого танка остался только оплавленный кусок железа. Всего в этом бою были поражены 9-12 танков».

Из всех свидетельств очевидцев последнее вызывает наибольшее доверие. Хотя бы потому, что указано место и время, понятно, кто кого и как подбил. Факт этого боестолкновения подтверждают и другие израильские источники, упоминается он в публикации американского журнала Armor в 1988 году. Да и вообще все выглядит более чем правдоподобным: колонна 81-й сирийской танковой бригады попала в засаду и ее головная часть была расстреляна. Поражение Т-72 противотанковыми ракетами не удивляет — как уже упоминалось, у экспортных танков была монолитная стальная броня башни. При этом даже первая модификация ракеты «Тоу» BGM 71A имела бронепробиваемость 600 мм и 300-400-мм броня «семьдесятдвоек» не являлась для нее преградой. Окажись на месте Т-72 любой другой танк с монолитной (то есть немногослойной) броней, например М60А3 или «Леопард-1», результат был бы тот же.

Кстати сказать, израильтяне собирались эвакуировать один подбитый в Джабель Барук Т-72. Был даже экстренно изготовлен специальный трейлер. Однако опасение, что сирийские коммандос устроят засаду у подбитых танков, заставило отказаться от этих намерений. Сирийцы вскоре сами эвакуировали подстреленные машины, кроме головной, оставшейся на нейтральной полосе. Судя по всему, именно ее фотографиями в те дни пестрели западные средства массовой информации. Тщательное изучение различных источников, ссылок и воспоминаний позволяет утверждать, что в Ливане было потеряно 11-12 танков Т-72. Большая часть — в описанном выше бою. По-видимому, только одну машину подбили из 105-мм пушки подкалиберным снарядом в борт и стрелял скорее всего «Шот-Каль», то есть «Центурион».

ОНИ НЕ ВСТРЕТИЛИСЬ

Съехавший в кювет (а возможно и подбитый) танк «Меркава»

Ну а что же «Меркавы»? В операции «Мир Галилее» участвовало шесть батальонов, вооруженных танками этого типа (всего около 200 единиц). Ими были укомплектованы 75, 77 и 82-й батальоны 7-й танковой бригады, 126 и 429-й батальоны 211-й танковой бригады, 198-й батальон 460-й танковой бригады. Кроме того, около двух рот машин «Меркава» имелось в 844-й учебной танковой бригаде.

75 и 82-й батальоны 7-й танковой бригады воевали в составе 252-й дивизии, продвигаясь вдоль хребта Антиливан, и встретили прекращение огня в районе города Янта. 77-й танковый батальон в ходе войны четыре раза менял подчинение. Сначала он был придан пехотной бригаде «Голани» (то есть находился в 36-й дивизии) и участвовал в захвате района Бофор, а позже — восточной части высот Набатия. Потом 77-й батальон был передан другой пехотной бригаде, а позже — сводной дивизии «Коах Варди» и закончил войну в составе сводной дивизии «Коах Йоси» в районе озера Карун, куда прибыл во второй половине дня 11 июня. 211-я танковая бригада действовала в составе 91-й дивизии на побережье, поддерживая своими машинами пехоту, зачищавшую города Тир и Сидон. Бригада встретила прекращение огня в районе Бейрута. 198-й танковый батальон 460-й бригады участвовал во взятии Джезины, а потом двигался в направлении Машгара (к западу от озера Карун). Там, по всей видимости, его и застало прекращение огня. 844-я танковая бригада входила в состав дивизии «Коах Варди».

Танки Меркава Ливан 1982

Даже беглого взгляда на карту Ливана достаточно, чтобы прийти к следующему выводу: ни одна «Меркава» не подбила ни одного Т-72 и ни один Т-72 не подбил ни одну «Меркаву», потому что они просто не встретились в бою. Общие же потери «Меркав» оцениваются в 13-15 подбитых машин, из которых 6-7 утрачены безвозвратно. В основном новейшие израильские танки были поражены противотанковыми ракетами, и это несмотря на разнесенное бронирование. Как минимум один был уничтожен 115-мм подкалиберным снарядом пушки машины Т-62. Можно было бы считать, что потери «Меркав» сопоставимы с потерями Т-72, если бы не такой факт: израильские танки воевали в течение всей войны — и до 11 июня, и после, а Т-72 — только полдня.

В заключение закономерен вопрос: почему же израильские танкисты живописуют бои с Т-72, а их сирийские коллеги с постоянством, достойным лучшего применения, твердят о подбитых «Меркавах»? Все очень просто — до Ливанской войны ни один израильский танкист в глаза не видел Т-72 и ни один сирийский — «Меркаву». Разве что на фотографиях, порой весьма некачественных. Но о наличии таких машин друг у друга противники знали и ждали их появления. Поэтому чуть ли не каждый сирийский танк принимался за Т-72, а каждый израильский — за «Меркаву». Дело, в общем-то, не новое, вспомним Вторую мировую войну, когда чуть ли не каждый немецкий танк считался «Тигром», а каждая самоходка — «Фердинандом».

Источники:
1. https://tankyvbou.blogspot.com/2012/10/1982.html

2. https://topwar.ru/1230-boj-kotorogo-ne-bylo.html

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *